Назад в дневник Пишет Madder
сутки сюрреализма о эти сутки прошли в сюрреалистическом драйве. красное вино в сквере, забавные скинхеды, забавные девушки, которых мы сначала приняли за влюбленную пару. Одного из скинов я смутно знаю - очень глючный чувак по кличке Хиромант, он на самом деле умеет гадать по руке. Что он делает со скинами - никто понять не может. Разве что патриотизм связывает, а так он вполне себе экстремальный интеллигент. Мы передвигаемся к церкви со святым похожим на статуи Великих Древних, желтые фонари и невесть откуда взявшиеся коктейли.
Он предлагает мне погадать, и я соглашаюсь, скептически улыбаясь. Щелк. И все вокруг меняется. Пространство затопляет мрак и потоки света. Я начинаю нервничать. Он говорит и у него меняется голос, он угадывает почти все и про воду, и про горы, и многое многое многое. дадада я знаю что обычно это все чистая психология, сама так умею, но здесь другой случай. Его голос меняется еще сильнее, и я чувствую как сгорают предохранители. Щелк. Одновременно я убираю руку и он говорит "все!"
Еще минут 15 ему явно плохо. Полина говорит что раньше такого никогда не было, кому бы он не гадал. Он говорит о смерти за моей спиной. Хе хе. А то я не знаю.
....
Следующий вечер. Я собираюсь на концерт Otto Dix, вся прямо в черном бархате и серебре. пыталась сделать прическу но получился трэш) сойдет) Когда я проходила мимо открытой машины оттуда донеслось - "ох нихуя себе!" ну да. Я знаю)
*Мы все опаздываем, ужасно опаздываем, черная королева будет в ярости*
Смешные флаеры, еще более смешные билеты, смешная публика. Мы ждем Полину и перемываем кости тусовке. Все равно сначала играют местные группы.
Внутри тоже забавно, симфодесметал, и слэм на танцполе. Прыгают полуголые парни. Люблю на это смотреть. В толпу с разгона влетает Форест с воплем "**вырезано цензурой**". Мы с Полиной догоняем его и маленько бьем, ибо нефиг.)
Через пару часов заполненных выпивкой, сигаретами, периодами драйва, девушками в мини, скинами пытающимися со мной познакомится наконец является Отто Дикс. О да, они умеют делать шоу. Контр-тенор солиста, его марионеточные движения, библия и пистолет с лазерным прицелом. Хорошо, только мало. Мало всего. И песен, и публики, да и сама публика колхозная какая-то. Обидно, бля, за державу.
Закончилось. На улице я допиваю пиво и с размаху грохаю бутылку об асфальт. Потом мы с Полиной идем на тройку, уже с перцовкой. Заросшая могила, жжение во рту, вспышки жара и предгрозовое свечение воздуха.. Теплая ночь.
А потом - заиграл саксофон. Божебоже откуда саксофон на кладбище? Эти пронзительные тоскливые звуки плывут над ночные городом и хочется выть хочется посмотреть кто это играет хочется проглотить звезду хочется.. я не могу говорить, я трогаю Полину за плечо чтобы она тоже замолчала и вслушиваюсь.
Мяуканье. Мы говорим кис-кис (единственный ультразвук доступный человеку) и мяуканье все ближе. Я опускаюсь на колени, порвав купленные только сегодня чулки, и беру кошку на руки. Она бело-рыжая, пятнистая и довольно крупная. Мурлыкает, когда мы кормим её чипсами. И мы сидим под переплетенными ветвями под переплетенными нотами саксофона, и теплая кошка ползает по нашим коленям.
(17) 
